Сальвадор всю жизнь крутит баранку скорой помощи в Мадриде, привык к виду крови и бесконечным сменам, но к такому вечеру готов не был. Прямо посреди города вспыхивает настоящая бойня: фанаты двух футбольных клубов сошлись стенка на стенку, и в этой мешанине из файеров и летящей брусчатки он натыкается на собственную дочь, Милену. Девушка серьезно ранена, а на ее одежде — символика радикальных ультрас. Пока Сальвадор пытается привести ее в чувство и обработать раны, до него медленно доходит, что дочь не просто случайно оказалась в толпе. Она глубоко погрязла в идеях неонацизма, верит во всю эту расистскую муть и яростно защищает ценности, которые в их доме всегда считались дикостью. Теперь он видит перед собой не ту девочку, которую растил, а озлобленного человека, готового на насилие ради сомнительных лозунгов.
Поняв, что обычные разговоры и запреты больше не работают, Сальвадор идет на безумный риск. Он решает не просто следить за Миленой, а буквально влезть в шкуру тех, кто ее окружает. Мужчина начинает ошиваться рядом с этой группировкой, стараясь сойти за своего и вникнуть в их внутреннюю кухню. Ему приходится сидеть за одним столом с людьми, которые вызывают у него физическое отвращение, слушать их бредни и делать вид, что он разделяет эту жестокость. Это постоянная игра на нервах: один неверный жест или слишком правильный вопрос, и его раскусят. Сальвадор пытается нащупать тот момент, когда он упустил дочь, и понять, что именно заставило ее искать семью среди радикалов. Он втягивается все глубже, надеясь вытащить ее из этой ямы, пока она окончательно не перешла черту, за которой уже не будет возврата к нормальной жизни.
